Мать готовилась к выписке из роддома радостно и безмятежно, отказавшись от ребенка. Уговаривать было бесполезно

Роды Аси начались раньше, чем планировалось. Что-то пошло не по плану, малышка родилась крохотная, до килограмма не дотягивала. Недоношенных детей сразу прячут в специальный кувез, кормят через зонд. Вся медицина борется за жизнь малюток. Такая крохотная, малышка еще сосать не умела, но очень хотела жить.

Ася держалась, не думала о плохом. Верила: дочурка выживет. Она смотрела на нее через стекло, едва сама смогла встать. Пусть доченька знает, что мама рядом.

Соседкой Аси оказалась девушка интересная.

Ее привезли через сутки, и она сразу же обратила на себя внимание всей больницы: у нее не проходила истерика. Пациентка успела достать всех, ее не волновало, что здесь есть и другие женщины. Когда ее наконец-то отправили в родзал, соседки выдохнули с облегчением.

Вечером Ася зашла на укол, в это время интересную пациентку как раз обсуждали медсестры. Оказывается, она от собственного ребенка отказывается. Ухаживать сама не хочет, кормить тоже: фигура важнее. Первое, что она сделала после родов – достала маникюрный набор и начала приводить в порядок ногти. Масочки ей важнее, чем ребенка покормить.

На следующее утро Ася от своей дочери подошла к новенькой малышке. Эта сирота при живой маме лежала грустная, то и дело плакала, плохо ела из бутылочки.

А у Аси бежало молоко, не уходило. Она подошла к доктору, попросила:

  • Давайте покормлю, хоть несколько дней, пусть! Ребенку ведь очень важно. – Ей разрешили, конечно. Для малютки и вправду нет ничего ценнее, чем это первое материнское молоко.

А чудо-мамаша ругалась с мужем.

Не смущалась даже ставить мобильник на громкую связь, мол, держать неудобно, лак на ногтях сохнет… Доказывала: надо няню, как она должна с ребенком возиться? Ей лично не надо, она еще для себя пожить хочет. И вообще ее заставили, обманули, не того она ждала. Почему ей после родов месяцами в форму приходить?

Муж списывал этот цирк на родильную горячку, на истерику, на шок, на что угодно. Терпеливо разговаривал с женой, даже в роддом приехал. Пытался с ней тихонько поговорить. Но мамочка уже написала отказную, какой еще ребенок? У нее массаж, маникюр… Даже заведующая вмешалась, но разговора нормального не выходило.

Мужчина захотел взглянуть на дочурку. Переоделся в маску и халат, прошел в отделение с малютками. И надо же было такому случиться: Ася как раз кормила его девочку.

У Сергея пелена с глаз упала: чужая женщина не жалеет фигуру. Она жалеет его ребенка. Обнимает, качает и целует в макушку. А дочка ест с таким аппетитом!

Соседка готовилась к выписке радостная, ее ждала свобода.

Готовилась и Ася, одна.

Дочка не выжила.

Она плакала, когда в последний раз кормила чужую девочку: успела привязаться к ней. Уже не знала, как ей без этой теплой крошки. Зачем ей эта грудь с молоком, как вообще дальше жить?

Ей было горько от этой двойной потери. А дома никто не ждал. Ася устала от одиночества, решилась на ребенка – и вот, как все вышло…

Молодая холеная соседка не спешила собираться. Она видела машину под окном, предвкушала: сейчас снизойдет к мужу холеной королевой. Красивой, стройной, и пусть все остальные тоже в обморок падают. Она проверила маникюр, выглянула в окошко: ждет ли?

Сергей ждал. Он нес в руке розы и шарики, а навстречу ему шла замухрышка-соседка, у которой ребенок умер. Но шла с ребенком на руках.

С ее ребенком.

Девушка почувствовала, ей стало трудно дышать.

А там, внизу, мужчина отдал соседке розы и шарики, взял девочку на руки. Шарики они тут же выпустили, посмотрели наверх. Мужчина даже заметили ее в окне, отвернулся. Жена махала ему рукой, а тот уже уезжал с соседкой.

  • И что мне теперь делать? – ахнула она.
  • Жить для себя, что? Молодая, красивая, стройная, живи теперь, как хочешь… – это санитарка заехала ей под ноги шваброй.

Расселась тут…

Мать готовилась к выписке из роддома радостно и безмятежно, отказавшись от ребенка. Уговаривать было бесполезно