Свекруха наслаждается жизнью, дети и внуки побоку, как же так?

Мне тогда едва тридцать исполнилось, и все люди постарше казались мне глубоко пожилыми, умудренными опытом. Пока я не встретила одну… Даму? Женщину? Тетю?

В общем, судя по лицу, ей было лет 60.

Только вот имидж совсем не вязался с возрастом. 

Пирсинг на лице, да-да!

Стрижка под парня, яркие пряди.

Юбка впечатляла больше всего. Юбка-шорты, настолько короткая, что и я с моим танцевальным прошлым не посмела бы такую нацепить.

Но на ней эти шорты выглядели жутковато: престарелые ноги в венах нужно было прятать от посторонних глаз, а не выставлять напоказ, она с ними словно старше стала.

Но я в глубине души даже восхитилась ее смелостью. Могут ведь люди ходить, как хочется. А я могу просто не пялиться, вот и все.

Дама эта оказалась свекровью моей однокурсницы. 

Анна Николаевна.

Просто бомба, а не женщина.

Подружка моя студенткой выскочила замуж за однокурсника, на выпускном курсе родила аккурат после диплома. Оценки ей писали не глядя, никто не хотел возиться с ней еще год. К чести сказать, в учебе она старалась все годы, хоть талантами и не блистала. Но диплом получила заслуженно. А вот опыта работы не было.

Тогда-то и вмешалась свекровь. Без протекции молодую мать да еще и без опыта вряд ли бы куда-то взяли. Да еще с этим педагогическим гуманитарным дипломом.

Муж подружкин бросился к матери на поклон. Та, сама имевшая неплохую должность в дизайнерской конторе, дружила с крупными заказчиками. Ирочка была пристроена быстро.

На работу-то она вышла, но довольной не выглядела.

Мы с ней попивали кофе, а она все причитала:

  • Это не свекровь, а попугай, перед родственниками меня позорит. Она ж пенсионерка по возрасту, неужели не понимает, как выглядит?

Ирочка и мужа доставала:

  • Ну хоть ты с матерью поговори! Это ж стыд какой, людям на смех! Она в морщинах уже, а волосы в попугая раскрасила! Объясни ей, что она своим видом тебя дискредитирует.

Муж слегка удивился слову “дискредитирует”. Ирочка была дочерью сельских жителей, простой. С трудом поступила в пед, куда был конкурс два места на полчеловека.

Зато всегда прилично выглядела, прекрасно вела дом и смотрела мужу в рот.

Такой же была и теща: поседевшие волосы в пучок, скромные платья, всех интересов – дом и уют. Идеальная жена. Скромная, незаметная, надежная.

Может, оно бы и хорошо, хоть на старости лет позволить себе хобби или что-то нарядное. Но теща шарахалась:

  • Какие поездки, что вы надумали! Внук родился, вот, буду ему соки тыквенные выжимать, зачем мне на огород эти наряды? Это вы молодые, вам надо… Живите, копите, а у меня и так все есть, – твердила теща.

Анна Николаевна даже слышать такие речи не хотела.

Она была убеждена: парню дала все. Дала ему тело на время вынашивания, здоровье, уход, пока был ребенком. Дала ему образование.

Пустила даже в бабушкину квартиру, дав возможность отложить денег на собственную. А дальше сам.

Не хватало еще взрослого мужика нянчить.

Заявила коротко:

  • Я ему и так много дала, пора и о себе вспомнить.

И разве не права она была? В молодости отказывала себе во всем, ребенок был ручным, не давал ни спать, ни на работу выйти. На ней были и мать, и свекровь. Жизнь пронеслась, но теперь, пока хочется жить и здоровье позволяет, решила пожить для себя, попробовать все, что хотела.

Нежная ласковая Ирочка зверела.

  • Да что она себе позволяет! То в тур какой-то собирается по знаменитым библиотекам или на экскурсию окна Питера рассматривать! Окна, жеваный крот! На работу может заявиться в таком виде, что только на подиуме увидишь, с этими дикими шляпами. Она же бабка уже! Нет внуку коляску купить, купила себе платьев и на море собралась. С кем-то, понимаешь!

Про платья Ира вспомнила – и начала рыдать.

Анна Николаевна дождалась курьера и как раз мерила их дома, когда Ирочка зашла к ней с внуком.

  • Ну, как тебе? – сияла свекровь, глядя в зеркало.
  • Анна Николаевна, ну стыдно же в таких брюках, они просвечивают! А плечи нужно прикрыть.
  • Так на юг я собралась, Ириш, – удивилась свекровь, – что мне там, шубой накрываться?

А вот ирочкин муж, предатель, материны наряды одобрил, расцеловал и назвал красавицей хоть куда.

Ира думала, дома поговорим…

И едва дотерпела.

  • Ну ты посмотри, это же кошмар! А если моя мама начнет так рядиться? А если я в этом выйду в 60 лет, ты тоже скажешь, красавица?

Она поясняла: мама бы нарядов не накупила, отдала бы денежки дочке. И отправила на юг ее, доченьку, ведь ребенка нужно на море свозить.

Ну как это, свекровь едет, а ребенок нет? Зачем ей вообще на море в 60?

Муж хмурился: разве матери не нужно подышать морским возрастом, получить приятные впечатления?

Теща мягко намекала: люди разные. Свекровь имеет право решать, на что ей денежки тратить.

Но Ира не желала слушать.

Они в однушке семьей, свекровь в трешке, как королева, гостей принимает в гостиной, в спальне спит, в третьей комнате творчеством занимается. А ведь ее время вышло. Пора внука нянчить и радоваться, что вообще подержать дали.

Мать смотрела на Иру и вздыхала: ей тоже хотелось на море. Она все ждала, когда дочь откажется от денег или позовет отдохнуть. Сватья была старше на десять лет, но выглядела моложе. И счастливей. Может и ей пора о себе подумать? Ей всегда хотелось в Грецию…

Свекруха наслаждается жизнью, дети и внуки побоку, как же так?