Залетела, отец – дочкин жених. Не знаю, куда и деваться теперь

Дочку я родила рано, едва успела замуж выйти, мне только 18 исполнилось. Но любовь у нас была искренней, намерения серьезные. И брак получился удачным, да только овдовела я 10 лет назад.

Дочка у меня тоже ранняя, правда, замуж собралась не беременной, по любви. Ей скоро 20 лет. Благодаря маленькой разнице в возрасте нас частенько принимали за сестер, а нам даже нравилось. Но теперь она повзрослела, отдалиться от матери – естественный процесс. Я все понимаю, тихонько радуюсь за нее, стараюсь наполнить собственную жизнь чем-нибудь интересным. Ну что это за возраст, 37?

Дочурка студентка, пропадает то в библиотеке, то общественной деятельностью вдруг увлеклась, то вечеринки. Видимся редко, общаемся еще реже. Но я знаю, у нее все хорошо, иначе бы пришла уже.

В общем, я за нее спокойна.

Только выть охота от одиночества.

Вроде и вот она, в соседней комнате спит, но хочется же чего-то совместного. Привычных посиделок.

Пельмени лепить.

Хохотать и гулять с собакой.

Дочь советует личную жизнь наладить, но кому я нужна в 37, какая личная жизнь? Да и родных у нас нет совсем, мои родители умерли, а близкие покойного мужа почему-то от нас отдалились. Мутили что-то с наследством, но я отказалась от всего, думала им так легче будет.

В общем, надежда у меня на будущих внуков. Ведь доченька привела домой парня знакомиться, и я была на седьмом небе. Взрослый, надежный. Он был уверен в себе, спокоен. Видно: хозяин в доме. И принципы правильные в голове.

Мы провели прекрасный вечер, а потом я дочку одобрила, сказала, пусть приходит, когда захочет.

Они встречались, я дочку такой сияющей никогда не видела. А потом подумала, может и правда, пора о своей жизни подумать? Ну что я теперь, платочком повяжусь и все? Чем моей личной жизни внуки помешают? Да и когда еще они появятся.

Погуляла по магазинам, обновила гардероб.

Изменила рацион.

В спортзал записалась.

С ним вообще здорово вышло: вытянула подруг, теперь и общение есть, причем полезное, а не просто сплетни за бокалом. В общем, жизнь ко мне развернулась лицом, или я ее развернула.

А тут дочка пришла грустная, молчала несколько дней. Потом созналась: разругалась с женихом, и сильно. Не хотела подробностей рассказывать, отмахивалась. Я не давила, понимала: такое нужно переварить. Будет удобно – сама расскажет позднее.

А еще через пару дней сам жених объявился. Девочка моя трубку не брала, на звонки не реагировала. В тот день я ее как раз выгнала к подружке на день рождения, пусть развеется, может, по-другому на ситуацию посмотрит. Она сразу сказала: ухожу с ночевкой, не жди.

И вот сидим мы с парнем на кухне, обсуждаем как их с дочкой помирить. И я сама не понимаю, как он меня обнимать начал. Я в ужасе опомнилась, но так изголодалась по прикосновениям за десять лет одиночества! Сказала себе: только одну минуточку – и выгоню…

А очнулась заново, когда уже все закончилось. И стыдно мне было, и шок, и слов не осталось. Я молчала, он тоже молчал. Я отвернулась, он подорвался, оделся. Дверь хлопнула.

Я плакала, прикипела к нему моментально. Если до этого всю симпатию списывала на родственные отношения, теперь-то поняла: влюбилась я. Но решила, буду молчать, будто и не было ничего.

Мы встречались еще несколько раз, вроде как и предлог был, с дочерью помирить их. Только вот мы с ним не говорили в эти встречи. Отводили глаза, расходились тоже молча. Даже сообщения ласкового друг другу не послали.

Потом дочь помирилась с ним и все прекратилось.

Все, да не все.

Тошнота, обморок, врач, две полосочки.

А мужчин у меня всего два за всю жизнь. Муж покойный и вот этот роман.

Дочке я сказала, что беременна.

Сказала, был случайный роман, ребенка оставлю. Она ошарашена, конечно. Но у нее своих забот полно, к свадьбе готовится. Парень мне помогает, но мы с ним не общаемся без дела, только если с дочерью приходит. Больше всего боюсь, что сын на отца будет похож. Ведь недавно он приезжал за дочкиными вещами, обнял, гладил. Сидели рядом молча.

И как мне из этого выбраться, господи…

Залетела, отец – дочкин жених. Не знаю, куда и деваться теперь