Женщина ехала в приют забирать сынишку, которому исполнилось 9 месяцев, когда кто-то назвал ее мамой

Агата помнит: ноги подогнулись. Голова закружилась. А девочка все повторяла: мама, мама, мамочка моя…

Когда слышишь о чем-то подобном, мурашки бегут по коже. А уж стать свидетелем, наблюдать, как развивались события – то еще переживание. Эти мать и дочь не сильно-то посвящают в свои дела людей со стороны, но близкий круг все-таки есть, мне очень повезло.

Такая там была мама своеобразная…

Смолоду убежденная чайлдфри, думала только о карьере. Детей она любила, но считала, не дело приводить их в наш кошмарный жестокий мир. Помнила еще собственное голодное детство, никому такого не хотела.

Рассуждала, мол, и так планета перенаселена.

И так то эпидемии, то катаклизмы.

Природа избавляется от лишнего.

Не надо детей. И без нее появятся. Такая вот модная ересь, все слышали.

Так и жила лет до тридцати с лишним. Как внезапно завернуло ее в другую сторону: взять приемного ребенка из детдома.

Вот это поворот!

Но, пусть и не было у нее мужа, она казалась неплохим кандидатом в приемные мамы, карьеру сделала приличную, как мечтала. И внезапно – травма позвоночника.

Упертая дама и тут не сдалась, лечилась, поднялась на ноги, восстановила функции. У врачей слов не было, они и не думали, что такой прогресс возможен.

А она все мечтала, как обнимет сынишку. Где-то ведь он ее ждет.

Она не сомневалась, что справится. С деньгами полный порядок, наймет хорошую няню… Малыша хотела маленького, чтобы успел стать родным, чтобы не помнил ничего плохого из прошлой жизни.

Она советовалась с друзьями, много думала. Ведь не всегда усыновление проходит гладко. Случается, люди горько жалеют. Бывает, отношения не складываются. Разочарование в ребенке калечит душу обоим. Это ведь не щенка заводчику вернуть: уши не встали…

Какие у него гены, чего ждать от малютки?

А болезни?

А характер?

Но она твердо решила, и не спрашивала разрешения, что ей делать.

У нее была другая задача: из всех детских лиц, что смотрели на нее на сайтах, нужно было отыскать того самого, которого захочется сердцем. А эти поездки в детские дома? Тут еще характер нужно иметь, чтобы выдержать такой стресс.

Однажды ей позвонили: Агата Викторовна? У нас появился мальчик, 9 месяцев. Приезжайте, смотрите…

Она спешила на эту встречу, как на первое свидание. Неслась по дорожкам детского дома, и вдруг ее позвали:

  • Мама! Мамочка, ты приехала!!!

Агата споткнулась. Хлопнулась в сугроб от неожиданности, тут-то и догнала ее девчушка с яркими глазами. Обнимала теплыми ручками без варежек, гладила по щеке. Агату трясло.

Она вроде как настроилась на мальчика, а тут судьба вмешалась. Она понимала: действительно мама. Действительно, вот она, ее девочка. Худенькая, страшненькая. С жидкими волосиками, только глаза яркие. Самая красивая девочка. Доченька…

Заведующая только руками всплеснула: зачем такие хлопоты!

Девчонку забрали из плохой семьи, причем еще окончательно и не изъяли, в процессе только. Наследственность дурная, здоровье неважное с пеленок. Задержка в развитии, самое главное! Ну куда?

Агате было все равно.

Пережила и суды, и разборки.

Лечила девочку, восстанавливала.

Едва стало можно – девочка уже была записана и на плавание, и в гимнастическую студию. До кучи рисование, раз уж сама попросила.

Получалось плоховато, но малышка умела радоваться и малому. А там и успехи пошли…

Семья удивлялась, но ребенка изгоем делать не стали. Приняли, полюбили.

Агата сама удивлялась, какой мамочкой-наседкой она стала. Изголодалась по любви, по детским ручкам. Несколько раз возила девочку к морю, то сама, то с няней посылала – лишь бы ребенок дышал, купался, фрукты ел.

Уже десять лет живут душа в душу. Учится малышка на пятерки, маму обожает. Повезло им обеим.

Женщина ехала в приют забирать сынишку, которому исполнилось 9 месяцев, когда кто-то назвал ее мамой