Шантажистам не удалось развести меня на деньги. Или как я лишилась сына

Никогда не понимала особо западную культуру, где с момента наступления совершеннолетия родители буквально выгоняют ребенка на улицу, чтобы добивался всего сам. В итоге уже с 21-го года, а то и раньше, дети вынуждены учиться и параллельно работать, чтобы оплачивать съемное жилье и нести расходы на жизнь – коммунальные услуги, еду, развлечения.

Сейчас, как вы знаете, такие тенденции есть и на нашей родине. Мы с мужем любим обсуждать то, насколько они дикие. Ну не понимаем мы, как можно не помочь детям? У нас ведь отпрыски могут жить в родительской квартире, даже когда уже вышли замуж, женились, обзавелись своими детьми. Причем государство тоже это дело одобряет.

Конечно, по закону с 18-ти лет мы не должны заботиться о своих детках, но мы все равно продолжаем делать это по инерции. Такой советский подход, и мы с супругом не видим в нем ничего плохого. Свадьбы детям отметили за свой счет. За внуками присматриваем. И при этом безумно счастливы. Но в итоге выяснилось, что им этого мало. Сначала они просто строили свои планы на наши зарплаты и пенсии, а потом стали требовать больше.

Итак, приходит однажды мой сынок домой вместе с невесткой и сообщает, что квартира-то не только наша с отцом, но и его. Да, мы действительно оформляли ее долями на всякий случай. Чтобы в 90-е годы никто не отжал единственное жилье. А то ведь дети были маленькими тогда, жизнь нестабильная, вод и решили подстраховаться. Что мне говорит сын? Что они решили продать его долю, так как нуждаются в крупной сумме денег.

Я, если честно, опешила от такого признания. Как он может себе представить, что мы будем ходить в один туалет с какими-то левыми для себя людьми! Как вообще можно пустить в дом чужих людей. Тем более с учетом того, что сын по совести на это жилье вообще никак не зарабатывал. В итоге «детки» сказали, что сейчас так живут очень многие люди, в коммунальных квартирах. И что, возможно, мы вообще станем друзьями. И добавили, что решили брать свою квартиру в ипотеку, и им нужен первоначальный взнос.

Конечно же, мы с мужем были против такого расклада. Решили, что раз уж им приспичило, то выкупим долю сами. Квартирка сама по себе маленькая, находится в старом доме. Около 25% принадлежит сыну, так что сумма вполне подъемная. Но он, когда узнал, сколько получит, был недоволен. Начал говорить, что могли бы предложить и больше. Невестка его, конечно же, поддержала.

С одной стороны, мы могли бы и помочь им со своим жильем. С другой стороны, они никогда не жили в съемной квартире за счет того, что сначала обитали у нас с мужем, а потом и вовсе переселились в дом бабушки, отправив ее родителям, то есть нам. Поэтому если так хотели свое жилье, могли и накопить на первый взнос. Сын теперь с нами не общается. Нужно было его отправить на «вольные хлеба» с 18 лет, чтобы ума набрался, а не на родительские подачки рассчитывал.

Шантажистам не удалось развести меня на деньги. Или как я лишилась сына